Ангелов не судят... Часть 8

Повести, романы /

Моя приятельница поддела носком туфли крупный кленовый лист.
— Знаешь, Сонь, всё-таки, ты сильно изменилась после пребывания в больнице. Это очень заметно. Вон, смотри! – И она, хмыкнув, незаметно указала на высокого мужчину в кожаной куртке с чёрным кейсом в руках. Он смотрел именно на меня, не отрываясь, и в его глазах я прочла неподдельное восхищение. Я поспешно отвернулась, а Маринка довольно засмеялась:
— Видишь? Он забыл, куда шёл! Стоит и смотрит на тебя, разинув рот.
— Пусть смотрит, не жалко, — равнодушно ответила я. А, всё-таки, приятно, когда на тебя обращают внимание незнакомые мужчины.
— Да, Марин, — вспомнила я, — мне надо будет полностью сменить свой гардероб. Ты посмотри, как я одеваюсь, — просто жуть! Всё какое-то серое, унылое, будничное. Единственная нормальная вещь – это красное платье, которое я надевала вчера. А всё остальное…
— Наконец-то спящая красавица проснулась! Давно пора! И причёска эта тебе очень к лицу – распущенные волосы. Не забирай ты их в хвост – так, как сейчас, намного лучше.
Мы вдоволь нагулялись, наслаждаясь чудесной осенней погодой. Затем Марина заторопилась домой, и я тоже пошла к себе. Мой телефон молчал, а новый мобильник я ещё не покупала (прежний разбился об асфальт, когда я спрыгнула с лоджии, — он был у меня в кармане). Часы показывали восемь вечера. «А Кирилл так и не позвонил», — тревожно стукнуло сердце. Я поужинала в одиночестве и включила телевизор. Пусть хоть кто-то разговаривает в моей комнате…
«Почему же он не звонит? – уныло думала я. – Неужели пожалел о том, что было?.. Нет, не может быть! История с Виталием не должна повториться. Я действительно хочу иметь нормальную семью, я устала от своего одиночества. Софья Андреевна Степанова…вот было бы классно! А ведь, собственно говоря, я мало что знаю о Кирилле, вернее, я знаю его только как прекрасного доктора, а вот как человека… Я даже не знаю, чем он увлекается, кроме медицины, что любит, какова сфера его интересов. Правда, он упоминал, что любит читать. А ведь вчера больше говорила я и почти всё рассказала ему о себе. А он молчал…»
Я зевнула, выключила телевизор и вышла на лоджию. На тёмно-синем небе поблёскивали далёкие звёзды. Очень долго, не отрываясь, я смотрела на них и вспоминала свои странные сны, в которых я была Ангелом. «А, может быть, это были не сны, а самая настоящая реальность? – вдруг закралась в мою голову совершенно фантастическая мысль. – Почему постоянно повторяется в них это странное имя – Арэйя? Почему до малейшего оттенка я ощущаю состояние полёта? Или я потихоньку схожу с ума?»
Мои размышления прервал телефонный звонок. Я вихрем ворвалась в комнату и схватила трубку:
— Да!
— Привет, солнышко! – чуть усталый голос Кирилла буквально влил в меня новые силы.
— Привет! А я жду твоего звонка! Как ты?
— Да только что из больницы – вызывали на срочную операцию. Еле успел машину со стоянки забрать. – Он засмеялся: — Видишь, Соня, какая у меня работа! В любое время суток будь готов к вызову. А чем ты занималась?
— А мы прошлись по улице с Мариной, погода была замечательная…
«Давай встретимся!» — вертелось у меня на языке, но я не решалась сказать это первой.
— Соня, — Кирилл откашлялся, — я немного устал, но…можно, я приеду к тебе? Захвачу с собой всё необходимое, а завтра прямо от тебя – в больницу. Как ты на это смотришь?
— Ради Бога, приезжай! Дверь моего дома всегда открыта для тебя. Что тебе приготовить?
Он немного помолчал.
— Ну, если не трудно, то просто бутерброды с сыром и чай. Зачем тебе тратить время на меня?
— Как это зачем? – возмутилась я. – У меня есть полкастрюли вкуснейшего борща, твой любимый сыр и ещё что-то вкусное. Короче, приедешь – и сразу за стол.
Ну, вот, мир вокруг меня снова ожил и заиграл всеми цветами радуги! Кирилл скоро будет здесь! Что могло быть лучше этого? Мой дорогой доктор появился на пороге с букетом нежнейших роз. Я была в восторге! Кирилл действительно выглядел немного усталым. Конечно, он был голоден и съел всё, предложенное мною. Затем он достал из кармана сигареты. Я удивилась:
— А вчера ты не курил…
— Боялся испортить первое впечатление, — засмеялся он. – Вообще-то, я редко курю – только после тяжёлых операций, таких, как сегодня. Но пациент будет жить – это сто процентов! Я выйду на лоджию, только дай мне какую-нибудь баночку под пепел.
Мы рано отправились спать… Потом, лёжа в постели, я задумчиво сказала:
— Ты знаешь, иногда я не верю в происходящее… Ты сейчас у меня, нам хорошо вместе. А ведь всё это произошло благодаря моей попытке самоубийства – выходит, нет худа без добра. Надо же, каковы превратности судьбы! Я так рада тому, что ты со мною, Кирилл…
Он погладил меня по волосам:
— Соня, Соня, я сам себе удивляюсь… Как я мог прожить на этом свете тридцать пять лет, ни разу не испытав того, что было у нас с тобой? Всё моё прошлое, всё, что было когда-то, просто поблекло по сравнению с настоящим! Не было никого, подобного тебе, Соня… Солнышко моё, Соня…
Я благодарно сжала его руку, а он продолжал:
— Вообще-то, я изо всех сил борюсь за каждого своего пациента, но когда привезли тебя… — Он глубоко вздохнул: — Тогда меня словно какая-то невидимая, но сильная волна ударила в грудь, и я поклялся в мыслях, что сделаю всё возможное и невозможное для того, чтобы поставить тебя на ноги.
— И тебе это удалось на пять с двумя плюсами! – Я поцеловала его гибкие пальцы. Кирилл склонился надо мною, перебирая мои волосы:
— Я не могу объяснить, почему меня так влечёт к тебе, Соня… С той самой минуты, когда я подключал приборы, поддерживающие твою жизнедеятельность. А когда ты пришла в себя – ох, как же я был счастлив! Я даже отметил это событие в баре у Максима.
— А с кем ты был там? – деланно-ревниво спросила я, а он закрыл мне рот долгим поцелуем.
— Мы сидели тогда вдвоём с Максом, пили его фирменный коньяк, и я радовался, как никогда в жизни! Кстати, Сонечка, — голос его стал немного серьёзнее, — надеюсь, ты не забыла, что тебе на следующей неделе нужно показаться невропатологу и кардиологу в твоей поликлинике?
— Ой, Кирилл, снова эти доктора… Не хочу я никому показываться, но придётся – они же будут ставить отметки в моём больничном. Не люблю ходить по врачам…
— Надо, солнышко, надо! К тому же, я знаю этих врачей, они отличные специалисты. А в ближайшую пятницу я приглашаю тебя на замечательную выставку в Дом художника.
Я заинтересованно приподнялась на локте:
— Ты любишь живопись?
— Есть немного… Мне нравятся художники, творящие в определённом жанре. Как раз в пятницу и будет выставка, посвящённая их творчеству. Я сейчас назову фамилии этих мастеров: Кагайя, Уолл, Вальеджо, ну, и многие другие… Обожаю их работы!
— Постой-ка… Уолл – это Жозефина Уолл, рисующая персонажей из легенд и сказок? А Вальеджо – это Борис Вальеджо, создающий бесподобное фэнтэзи в красках? Да?
Кирилл кивнул, а я радостно воскликнула:
— Тогда пойдём! И не просто пойдём, а побежим! А ты сам не рисуешь?
— Нет, — произнёс он, — времени не хватает, да я и не умею… А ты?
— А я в детстве занималась в художественной студии, — похвалилась я, — но любовь к книгам всё пересилила. Хотя на работе я – незаменимый оформитель!
И тут я подумала о том, что вполне могу нарисовать мои сны: волны ветра, расцвеченные маленькими огоньками, ослепительно-яркую Луну, сияющий Млечный Путь и дивных Ангелов, танцующих на нём. Интересно, а как, всё-таки, выгляжу я со стороны в своих снах? Мне так хотелось рассказать о них Кириллу, но поймёт ли он меня? Не посоветует ли обратиться к коллеге-психиатру? Нет, с меня пока вполне достаточно невропатолога и кардиолога!
Я потянулась к губам Кирилла и закрыла глаза…
 
 
 
 

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.